Бурштейн А., Левит В., Реальность мифа

Опубликовано: 31.10.2017

видео Бурштейн А., Левит В., Реальность мифа

Конец времен - эпоха Мессии Рав Хаим Бурштейн о последней главе книги пророка Йешаягу(Исайи)

Глава вторая.



В МАСТЕРСКОЙ

 

Не ошиблись ли мы? Может быть, стихотворение про шарик просто уникальное по взаимосвязанности планов явления? Просмотрим бегло еще один стихотворный отрывок, который, не повествуя ни о каких печальных событиях, вызывает у нас острое ощущение печали. Мы будем обращать внимание только на наличие третьего плана, на тот глубинный уровень стиха, откуда открывается уровень общего его знаменателя.


За роялем Денис Бурштейн. Denis Burstein

На холмах Грузии лежит ночная мгла.

Шумит Арагва предо мною.

Мне грустно и легко, Печаль моя светла.

Печаль моя полна тобою.

Ночная мгла, ледащая на холмах, рождает ощущение зыбкости, преходящести, неустойчивого равновесия. Настанет утро - и она исчезнет - утрата. Шумит Арагва - движение горной реки, вечная смена воды, нельзя дважды войти в одну реку - неустойчивость, утрата.


1. КнигаДаниэля. Изгнание из Иудеи

Мне грустно и легко. Печаль моя светла.

Да здесь же сразу два примера инверсионной симметрии: в слове грусть доминирует значение печали, а в слове "легкость" - радости, как в слове "свет". А инверсионная симметрия, как мы уже говорили, описывает ситуацию, чреватую утратой. Кроме того, и Грузия, и Арагва - чуждые для поэта, нечто, что ему предстоит утратить.

Печаль моя полна тобою.

Женщина, которою полна печаль Поэта, в силу того, что она есть "наполнение" печали, сама приобретает значение печали. Можно подумать, что она будет утрачена, как Грузия или Арагва, или о том, что она утрачена Поэтом, так как осталась в России, или что она не любит Поэта и в силу этого уже утрачена, или что вообще Поэт скорбит, так как сознает, что любовь его пройдет, но все же не может не любить, - с точки зрения плана третьего не важно. А важно то, что и здесь речь идет об утрате.

rss